• Татьяна Третьяк

Обмен опытом применения Гаагских конвенций 1980 и 1996 гг


14.11.2017 я как адвокат, успешно прошедший повышение квалификации по Гаагской конвенции 1980 г., и включенный в список экспертов Координационного совета при Общественной палате Российской Федерации по рассмотрению спорных случаев отобрания детей на принципах pro bono, по приглашению Департамента государственной политики в сфере защиты прав детей посетила международный семинар на тему: «Обмен опытом по применению норм Конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей от 25 октября 1980 г. и Конвенции о юрисдикции, применимом праве, признании, исполнении и сотрудничестве в отношении родительской ответственности и мер по защите детей от 19 октября 1996 г.», который проводил ФГБУ «Федеральный институт медиации» совместно с АНО «Научно-методический центр медиации и права» при поддержке МИНОБРНАУКИ РФ, выполняющего функции Центрального органа РФ по Гаагским конвенциям 1980 и 1996 гг.

На семинаре выступили:

- Директор Департамента государственной политики в сфере защиты прав детей Сильянов Евгений Александрович;

- Первый секретарь Гаагской конференции по международному частному праву Филипп Лорти;

- Научный сотрудник ФГБУ «Федеральный институт медиации», медиатора Тюльканов Сергей Леонидович на тему: «Опыт применения медиации в международных семейных спорах»;

- Представитель МИД Великобритании на тему: «Позиция, роль и опыт Правительства Соединенного Королевства в данном вопросе»;

- Советник ее величества, партнер британской юридической фирмы Dawson Cornwell Анн-Мари Хатчинсон (Соединенное Королевство) на тему: «Общемировые современные тенденции применения Конвенции 1980 и 1996 гг. и актуальный опыт Соединенного Королевства в рассмотрении/ производстве соответствующих дел и исполнении решений суда».

- Адвокат, доцент кафедры Новосибирского государственного университет экономики и управления Громоздина Мария Владимировна на тему: «Полномочия органов опеки и попечительства по делам, связанным с применением Гаагских конвенций о детях 1980 и 1996 гг».

- Адвокат Адвокатской Палаты Санкт-Петербурга - Людмила Яблокова на тему: «Пути повышения эффективности исполнения судебных актов по делам о возвращении незаконно перемещенных или незаконно удерживаемых детей».

- Эльга Сюкияйнен на тему: «Возможности применения правил, применяемых при разрешении «споров о ребенке» и «споров о воспитании ребенка», к спорам о возвращении ребенка на основании международного договора Российской Федерации (гл.22.2)».

- Научный сотрудник Института государства и права РАН, доцента, кандидата юридических наук Хазова Ольга Александровна на тему: «Дети нежного возраста и Принцип 6 Декларации ООН о правах ребенка 1959 года в контексте Гаагской конвенции о похищении детей 1980 года».

Выступали с докладами и другие спикеры, в числе которых была судья Пятигорского городского суда Пушкарная Наталья Григорьевна с темой: «Опыт по рассмотрению дел в рамках Конвенций 1980 и 1996 гг. Пятигорского городского суда».

Согласно приведенной ею статистики в период с 2014 по 14.11.2017 г. Пятигорским горсудом Ставропольского края было рассмотрено 6 гражданских дел о возвращении ребенка и осуществления в отношении него прав доступа на основании Гаагской конвенции 1980 г.

Краткие выдержки из решений:

1. 08.10.2014 года были отклонены исковые требования К. к Х. о возвращении несовершеннолетнего ребенка, незаконно перемещенного на территорию Российской Федерации из места постоянного проживания – Япония. Судом было установлено, что стороны: истец- отец ребенка – гражданин Канады, ответчик-мать ребенка – гражданка РФ, с 2012 г. состояли в браке, зарегистрированном на территории Канады. Ребенок родился в 2013 г. в Японии и имел российское гражданство. С момента рождения до марта 2014 г. ребенок проживал с родителями на территории Японии, ответчица Х. являлась профессором университета г. Киотто Япония, находилась и проживала в Японии на основании рабочей визы сроком на 3 года, супруг и дочь имели семейную визу и статус иждивенца. 15 марта 2014 г. Х. и дочь покинули территорию Японии и прибыли на территорию РФ. Судом установлено, что Япония являлась местом постоянного проживания несовершеннолетней девочки, отец на момент рассмотрения спора был наделен всеми правами опеки над ребенком. Установлено, что вывоз ребенка осуществлен в отсутствии согласия отца ребенка. Вместе с тем, в удовлетворении требований было отказано по следующим основаниям: Российская Федерация присоединилась к Конвенции 28.07.2011 г. и для РФ вступила в силу 01.10.2011 г. Япония признала присоединение РФ к Конвенции 24.01.2014 г. и указанное присоединение вступило в силу с 01 апреля 2014 г. Согласно нормам, содержащимся в ст. 32 Конвенции присоединение будет иметь силу только между присоединившимися государствами и теми договаривающимися государствами, которые заявят о своем присоединении. В соответствии со ст. 35 Конвенции настоящая конвенция применяется между договаривающимися государствами только в отношении незаконных перемещений или удержаний, которые имели место после ее вступления в силу между этими государствами. Если исходить из указанных норм и двусторонних отношений между РФ и Японией, Конвенция действует с 01.04.2014 г., тогда как судом было установлено, что перемещение ребенка с территории Японии на территорию РФ имело место 15.03.2014 г. Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Ставропольского краевого суда от 23.12.2014 г. указанное решение оставлено без изменения.

2. 06.07.2016 года в удовлетворении исковых требований по делу М. к К. о возвращении незаконно перемещенного несовершеннолетнего ребенка в РФ (место постоянного проживания – Испания) на основании международного договора, отказано.

Судом установлено, что истец – гражданин Испании, ответчик – гражданка России с 2005 г. состояли в браке и являлись родителями несовершеннолетнего ребенка 2007 г.р. С момента рождения по 14.06.2014 г. ребенок проживал с родителями на территории Испании. 14.06.2014 г. мать с ребенком покинули территорию Испании и более туда не возвращались. При этом выезжать они могли только с 14.06.2014 г. по 05.08.2014 г. В этот период решением Промышленного районного суда г. Ставрополя 22.12.2014 г. брак между сторонами расторгнут и определено место жительство ребенка с матерью. Судом установлено, что истец 09.08.2014 г. обратился с заявлением в правоохранительные органы Испании о похищении ребенка, а 03.10.2014 г. инициировал процедуру возвращения ребенка в соответствии с Гаагской конвенцией, о чем Россия уведомлена 20.10.2014 г. Далее установлено, что с 2014 по ноябрь 2015 МИНОБРНАУКИ РФ и институт медиации предлагали сторонам урегулировать спор в досудебном порядке (в течение целого года), однако стороны отказались, в связи с чем работа института была прекращена. Судом было отказано в удовлетворении иска, поскольку ребенок является гражданином РФ, с ведома и согласия отца поставлен на регистрационный учет на территории РФ, имеет постоянное место жительства на территории РФ. Гражданин РФ не может быть выслан за пределы РФ и выдан другому государству. Суд обязан подчиняться только Конституции РФ и федеральному закону. В соответствии с принципом 6 Декларации прав ребенка ООН ребенок от 20.11.1989 г. ребёнок не должен, если не имеется исключительных обстоятельств, быть разлучен со своей матерью, а представленные ответчиком доказательства свидетельствуют, что за истекшие два года ребенок полностью интегрировался в социальной российской среде.

Апелляционным определением от 07.10.2016 г. решение оставлено без изменения. При этом судебной коллегией в отличие от суда первой инстанции установлено, что ответчица незаконно удерживает ребенка на территории РФ, поскольку согласованным между родителями, осуществлявшими совместную опеку, периодом нахождения ребенка в России был период с 14.06.2014 г. по 05.08.2014 г. Истец согласия на изменение места жительства не давал. Однако, ребенок перемещен в РФ 04.06.2014 г., истец обратился в суд с иском 12.04.2016 г. Таким образом с момента незаконного удержания с 06.08.2014 г. на момент начала судебной процедуры прошло более 1 года. При этом по делу в Ставропольском краевом суде назначалась судебная психологическая экспертиза в отношении ребенка. Судебная коллегия, соглашаясь с судом первой инстанции, пришла к выводу, что ребенок полностью адаптировался к новой среде, и поэтому иск удовлетворению не подлежит.

3. 20.07.2016 г. требования по иску М. к А. удовлетворены. Судом предписано незамедлительное возвращение малолетних детей в страну постоянного проживания на территории Эстонии на основании Гаагской конвенции 1980 г. Суд обязал А. в течение 1 неделе с момента вступления решения суда в законную силу передать малолетних детей, а также документы на них, матери детей для перемещения на территорию Эстонии. При рассмотрении дела судом установлено, что стороны отец А. – гражданин РФ, мать М. – гражданка Эстонии и РФ с 2006 г. состояли в браке, зарегистрированном на территории Эстонии. Дети рождены в Эстонии, являются гражданами Эстонии и РФ. До их перемещения на территорию РФ постоянно проживали в Эстонии, которая и является постоянным их местом проживания. Мать эффективно осуществляла права опеки над детьми, но ответчик с детьми покинул территорию Эстонии без ее согласия и уведомления. Доказательств согласия истца о перемещении детей на территорию России, наличие исключений и соответственно оснований для отказа в возврате детей, судом установлено не было. Апелляционным определением от 20.01.2017 решение оставлено без изменения. При этом в рамках дела судом апелляционной инстанции назначалась судебная психологическая экспертиза. 14.02.2017 истицу был выдан исполнительный лист. Сведениями о возбуждении исполнительного производства, исполнении решения суда до настоящего времени суд не располагает несмотря на отправление соответствующих запросов.

4. 23.01.2017 г. удовлетворены исковые требования по иску Э. к К. о возвращении ребенка, незаконно удерживаемого на территории РФ. Судом предписано о незамедлительном возвращении несовершеннолетнего в страну постоянного проживания – Великобритания на основании Гаагской конвенции 1980 г. Суд обязал К. в течение 1 неделе с момента вступления решения суда в законную силу передать несовершеннолетнего ребенка, а также документы на них, отцу ребенка для возвращения на территорию Великобритании. Судом установлено, что стороны: истец- гражданин Великобритании, ответчик – гражданка РФ, имеет вид на жительство в Великобритании, состоят в браке с 2010, зарегистрированном на территории Великобритании. В этом же году у сторон в Великобритании родился ребенок, которая по рождению является гражданкой Великобритании. Позже после незаконного перемещения ребенок получил российское гражданство. Конвенция действует между указанными государствами 01.07.2016 г. Судом установлено, что местом постоянного обычного проживания ребенка является Великобритания. На протяжении всего времени отец осуществлял права опеки над ребенком, выезд был осуществлен с его согласия на непродолжительное время школьных каникул. Однако на удержание ребенка на территории России, изменение постоянного места жительства согласия отца получено не было. Доказательств согласия истца на удержание ребенка на территории РФ, наличие исключений для отказа в возврате ребенка, судом установлено не было. Апелляционным определением от 04.04.2017 решение суда оставлено без изменения. 21.04.2017 г. истцу выдали исполнительный лист, 15.05.2017 г. возбуждено исполнительное производство. Определением суда от 31.08.2017 в удовлетворении заявления представителя Э. о разъяснении порядка исполнения судебного решения отказано. Сведениями об исполнении решения суда суд по настоящее время не располагает несмотря на отправление соответствующих запросов.

5. 27.02.2017 г. исковые требования по делу по иску М.А. к М.Е. о возвращении детей, незаконно перемещенных в Российскую Федерацию, на основании норм международного договора РФ, удовлетворены. Судом установлено, что с 2008 г. и на день рассмотрения дела судом стороны: истец – гражданин Израиля, ответчик – гражданин РФ и Израиля состояли в браке, зарегистрированном на территории Израиля, от брака имеют троих детей – граждан Израиля и РФ. Судом установлено, что местом постоянного проживания являлся Израиль, а ответчик незаконно в отсутствие на то согласия отца детей, осуществлявшего права опеки над ними, тайно перевезла детей в Россию. Доказательств наличия исключений и соответственно оснований для отказа в возврате детей судом установлено не было. Принято одним из доводов ответчика для отказа в возвращении детей было указание на их нежелание возвращаться в Израиль и их желание проживать на территории России. Детей трое в возрасте семи, пяти и трех лет. Со слов ответчика возражали против возвращения двое старших детей. В связи с указанным к участию в деле судом первой инстанции был привлечен специалист-психолог, в присутствии которого были опрошены двое старших детей. Специалисту было поручено дать консультацию с целью разрешения вопроса о том, достигли ли дети с учетом их возраста степени зрелости, при которой следует принимать во внимание их мнение по вопросу возвращения в Израиль. Согласно письменной консультации специалиста ребенок в возрасте семи лет достиг ограниченной степени зрелости, при которой следует принимать во внимание его мнение по вопросу возвращения в Израиль, способен принимать и оценивать последствия различных альтернатив при условии, что каждая из этих альтернативных ситуаций уже встречалась в его жизненном опыте и он наблюдал возможные последствия, но неспособен оценивать отдаленные последствия этих альтернатив. Ребенок в возрасте пяти лет не достиг степени зрелости, при которой следует принимать во внимание его мнение по вопросу возвращения в Израиль. При принятии решения суд учитывал мнение детей о комфортном пребывании их в России, однако пришел к выводу, что данный факт не может быть расценен как возражения против возвращения в государство их постоянного обычного проживания, а простого предпочтения ребенка остаться в измененных условиях недостаточно для отказа в возвращении. Также одним из доводов ответчика являлось отсутствие возможности вернуться туда вместе с детьми, поскольку она может быть привлечена к уголовной ответственности с заключением под стражу сразу по возвращению, поскольку в правоохранительных органах имеется заявление истца о похищении ею детей. В данном случае суд сотрудничал с центральным органом – МИНОБРНАУКИ РФ, к которому обращался с соответствующим запросом, а те в свою очередь связывались с центральным органом Израиля с целью выяснения данных обстоятельств. Из министерства юстиции Израиля были получены сведения о том, что согласно израильскому законодательству обращение истца с жалобой в полицию предусматривает перенаправление её в ЦО государства Израиль по конвенции 1980 г. В соответствии с руководящими положениями государственного прокурора уголовное дело может быть возбуждено только в исключительных обстоятельствах. Даже при наличии таких исключительных обстоятельств, как правило, уголовное преследование не проводится в отношении родителя, вернувшего ребенка, при условии, что возвращение осуществляется сразу же после похищения или в тех случаях, когда при соблюдении Конвенции 1980 г. было принято судебное решение о возвращении ребенка, исполненное при строгом соблюдении без каких-либо задержек. В таком случае, если родитель несовершеннолетнего в дальнейшем не совершает повторные действия по похищению того же ребенка или детей, полиция закрывает дело. В случае, если похитивший ребенка родитель подаст апелляцию на решение суда, компетентными органами государства Израиль не будут предприниматься какие-либо действия, направленные против этого родителя до принятия решения апелляционной инстанцией. По результатам рассмотрения дела судом первой инстанции принято решение, которым предписано незамедлительное возвращение троих несовершеннолетних детей в страну их постоянного обычного проживания Израиль на основании международного договора РФ – Гаагской конвенции 1980 г. Суд обязал ответчика в течение двух недель с момента вступления решения суда в законную силу передать несовершеннолетних детей, а также документы на них, отцу для перемещения на территорию Израиля.

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции с целью установления факта адаптации детей на территории РФ была назначена судебная психологическая экспертиза. Апелляционным определением Судебной коллегии от 09.08.2017 г. решение оставлено без изменения.

04.09.2017 г. истцу выдан исполнительный лист для принудительного исполнения. Сведениями о возбуждении исполнительного производства, исполнении решения суда суд до настоящего времени не располагает.

6. 13.06.2017 г. исковые требования по делу по иску Ч. к А. о возвращении ребенка, незаконно удерживаемого на территории РФ, на основании норм международного договора РФ – Гаагской конвенции 1980 г., удовлетворены.

Судом установлено, что стороны: истец-мать – гражданка Казахстана, ответчик-отец – гражданин РФ, в браке не состояли, имеют сына – гражданина Казахстана, отцу было установлено отцовство в отношении ребенка. В августе 2016 г. они выехали из Казахстана в Чеченскую Республику с целью познакомить ребенка с родственниками отца, где отец под предлогом познакомить сына с друзьями вышел из квартиры на 10 минут и больше с сыном не вернулся. Родственники ответчика мать ребенка, забрав у нее паспорт и удерживая, отвезли в аэропорт и отправили в Москву. Конвенция действует между Россией и Казахстаном с 01.04.2016 г. суд пришел к выводу, что местом постоянного обычного проживания ребенка являлась Респ. Казахстан, ребенок вывезен на законных основаниях, однако вопреки воле матери, осуществляющей права опеки в отношении ребенка, удерживается на территории РФ незаконно. Доказательств наличия исключений и соответственно оснований для отказа в возврате детей судом установлено не было. Апелляционным определением от 06.09.2017 г. решение оставлено без изменения.

По данному делу 22.09.2017 г. истцу выдан исполнительный лист для принудительного исполнения. Определением суда от 23.10.2017 удовлетворено заявление Ч. о разъяснении исполнительного документа, способа и порядка его исполнения, в соответствии с которым, в случае неисполнения А. указанного решения суда в добровольном порядке, требования исполнительного листа подразумевает действия судебного пристава исполнителя по отобранию ребенка у его отца в принудительном порядке для передачи ребенка его матери с целью незамедлительного возвращения в страну постоянного проживания Респ. Казахстан. В настоящее время определение обжаловано и не вступило в законную силу.

----------------------------

Некоторыми спикерами было отмечено, что основные проблемы на сегодняшний день – неисполнение судебных решений, вступивших в законную силу, ведение судебных процессов по аналогии с делами о спорах в отношении детей в соответствии с Семейным кодексом РФ, низкий уровень квалификации представителей органов опеки и попечительства в делах о возвращении детей на основании норм международного договора. Крайне редко суды принимают меры к запросу информации государства постоянного проживания ребенка о мерах безопасности в отношении ребенка и родителя, незаконного переместившего и (или) удерживавщего ребенка, когда в процессе рассмотрения спора ответчик заявляет об угрозе его уголовного преследования или о применении насилия со стороны истца.

#Международноепохищениедетей #похищениедетей #удержаниедетей #возвращениедетей #перемещениедетейзаграницу #гаагскаяконвенция1980 #адвокатТатьянаТретьякадвокатураИталиизаконы #адвокатвГеленджике #помощьдетям #помощьродителям